Я написала в пресс-релизе, что это было одним из лучших моментов в моей жизни, но в пресс-службе мне сказали, что Рик Оуэнс посоветовал: «Это лучше, наверно, не упоминать». «Сегодня нужно быть очень осторожным во всем, что говоришь, а я привык высказываться прямо, стараясь быть честным. Но мир так изменился — теперь стало легко случайно задеть чьи-то чувства, и мне кажется, что я постепенно начинаю подавлять себя», — поделился со мной дизайнер.

Эстетика Оуэнса была «монотонная» и «пессимистичная», как заявляет сам дизайнер. В 2002 году, после почти десяти лет ведения бизнеса в Лос-Анджелесе, он вывел свои обтягивающие, похожие на насекомых силуэты — ставшие культовыми среди его многочисленных голливудских поклонников — на подиум нью-йоркской Недели моды. Однако дизайнер не стал там задерживаться. Через два года он и его жена, Мишель Лами, переехали в Париж, где Оуэнс начал набирать обороты. Основы его эстетики не изменились, но эксперименты с драпировкой и конструкцией не могут не захватывать дух. Сегодня, в свои 57, Рик Оуэнс — один из самых известных независимых дизайнеров, все еще крепко стоящих на ногах. Кроме того, он является всемирным любимчиком, веселым, открытым и всегда готовым к сотрудничеству. Наш разговор состоялся в июне, вскоре после того, как Италия вновь открыла свои границы. Рик был на острове Лидо в Венеции и готовился к поездке на фабрику для проверки производства. Карантин они с Лами провели в Париже.

Рик Оуэнс о жизни на карантине и влиянии пандемии на сознание людей

«Это было уникальное для нас время — мы лежали под деревом и читали стихи», — сказал он. «Это невероятно — получить возможность взглянуть на вещи с новой стороны и — что, наверно, звучит глупо — перезагрузиться. Хотя на меня и вполовину не так давят, как на других дизайнеров, работающих в крупных компаниях, мне тоже приходится отвечать на множество вопросов. Однако независимость оказывает на меня совершенно иного рода давление».

Хотя Оуэнс редко комментирует политические и социальные вопросы, его шоу, тем не менее, поднимают такие темы, как изменение климата. Поэтому мне было любопытно узнать, как он реагировал на пустые улицы и людей, находящихся в изоляции.

View this post on Instagram

TODAY, PALAIS BOURBON #RICKOWENS #RICKOWENSONLINE

A post shared by RICK OWENS ONLINE (@rickowensonline) on

«Я думал о будущем. Что произойдет после подобного кризиса? В прошлом был похожий случай с Dior в послевоенный период. После стольких лишений и ограничений Модный дом представил коллекцию с пышными платьями, на которые ушли десятки метров роскошной ткани. Это было действительно захватывающе. Я не считаю, что это вызвало ажиотаж только потому, что появилась возможность ходить в торжественных и гламурных нарядах. Причина была не только в этом. В этом жесте чувствовались бравада и остроумие. Как по мне, так в современных реалиях это точно не сработает».

Рик Оуэнс ощущает на себе груз ответственности. «Слово ответственность сегодня в моде — этого феномена не было еще лет десять, пятнадцать назад. Теперь мы знаем, что оно значит. Это своего рода великое дело. Конечно, для многих это просто очередной рекламный ход. Например, люди начали задумываться об устойчивом развитии только потому, что это стало общей тенденцией. Но если говорить о рекламе, то это довольно хороший ход. Если хотя бы 3% из всего этого будет правдой, то это уже победа».

Но может ли что-нибудь исполненное сознанием долга быть стильным? Оуэнс не уверен: «После всего пережитого опыта люди начнут больше задумываться об ответственности. Я точно не знаю, как это проявится в одежде».

«Я верю в показы мод, определенно. Они вернутся. Людям нужно держаться вместе, плечом к плечу, пока происходит что-то необъяснимое», — Рик Оуэнс

Дизайнер пытается анализировать вещи логически. «Есть один итальянский Дом — не буду называть какой именно — за которым я наблюдаю уже много лет. Для меня это выражение безрассудной ненасытности. Их позиция в следующем: “Мы берем самые изысканные вещи и сваливаем их друг на друга. У нас нет ни времени, ни необходимости принимать во внимание ценность всех предметов”. Это выглядит восхитительно, это выглядит привлекательно, но это неправильно с точки зрения морали. Они намеренно упускают из виду важность отдельных, прекрасных вещей». Это беспокоило его, но он понимал, что это делает его собственный путь более ясным.

«Мода всегда будет на 80% статусной», — сказал он. — «Существуют разные формы статуса — интеллектуальный статус, финансовый статус. Мартин Маржела является прекрасным примером антистатусного статуса. В нем больше статуса, чем в самом понятии статус. Люди, носящие Martin Margiela, говорят: “Я выше статуса”, но это опять же очередной вид статуса. Даже в атмосфере покорности и ответственности те, кто это показывают, являются самыми смиренными из всех». Он помолчал и рассмеялся: «Да, это цинично, не так ли?»

Рик Оуэнс для The Cut - перевод интервью

За кулисами шоу Rick Owens Fall/Winter 2020

Возможно, но в этом проявляется его признательность. «У меня есть любимое место в Париже, где я читаю среди деревьев. Одним из авторов, которых я читал, был Эдмунд Уайт, в частности его роман “Прощальная симфония”. Там повествуется об умиротворении и ведутся разговоры со смертью. Я также слушал “Саломею”, мою любимую оперу». В опере есть фантастическая сцена смерти, и Оуэнс нашел утешение в этой истории. «Мы балансируем на грани возможного самоуничтожения. Как мы справлялись с этим в прошлом? Как Уайт договорился со смертью о своей возлюбленной? Как Саломея отнеслась к отвержению Иоанна Крестителя?»

Рик Оуэнс перебирал книги, которые ему никогда не доводилось читать. Он наслаждался солнечной погодой, готовил обеды с Лами, каждый вечер жег свечи на террасе и упорядочивал свои мысли. «У меня множество списков. Основные списки и подсписки. У меня есть записи, которые я делал в течение последних десяти лет, а также те, которые относятся к следующей коллекции. Это просто странные маленькие пометки для меня самого». Он добавил: «Я распечатываю изображения своих прошлых коллекций, а затем перерисовываю их, никогда не зная, куда меня занесет. Это то, с чего я обычно начинаю».

Будущее модной индустрии и новое поколение дизайнеров

В настоящее время Оуэнс и его команда организовывают цифровой выставочный зал для продажи своих изделий, которые были в разработке до карантина. Он планирует представить эту одежду в сентябре, а затем выпустить небольшую партию для магазинов.

Оуэнс сказал: «Я верю в показы мод, определенно. Они вернутся. Людям нужно держаться вместе, плечом к плечу, пока происходит что-то необъяснимое».

«Несколько дней назад я гулял по эспланаде здесь, в Париже, и там было полно детей, сидевших на траве», — добавил он. Недавно по всему Парижу прошли демонстрации в поддержку Black Lives Matter, а также протесты против французского правительства. «Это было невероятно. Такое чувство единства. Все сохраняли спокойствие, но где-то под всем этим люди все же цепляли друг друга».

«Дизайнеры современности, и я в том числе, откололись от поколения, которое было до нас. Однако сегодня мы сами стали тем поколением, которое кто-то должен заменить. Вот кто мы такие», — Рик Оуэнс

Мы с Оуэнсом пришли к единому мнению, что еще слишком рано размышлять о том, как мода может выразить солидарность и гнев этого времени, если это вообще возможно сделать, не извлекая из этого никакой выгоды. «Не знаю. Я так не думаю», — сказал он. — «Нервы сейчас просто на пределе».

Тем не менее, безусловно, произошла резкая переоценка взглядов. Я вспомнил шоу Rick Owens Spring/Summer 2014, где были чернокожие степ-танцоры из Вашингтона. Оно собрало восторженные отзывы, всех поразило то, как Оуэнсу удалось сделать что-то действительно вдохновляющее и инклюзивное.


Три самых зрелищных и скандальных показа Rick Owens


«Вы можете себе представить такое шоу сегодня или хотя бы в прошлом году? Ничего бы не вышло. Это своего рода чудо, что это произошло тогда — я полностью осознавал все риски, но каким-то образом у меня хватило на это смелости. Однозначно, я бы не смог сделать это сейчас».

«Потому что это выглядит как эксплуатация?», — спросила я. «Да», – ответил он. «Уже в то время это было очень деликатным вопросом. Я понимал, что это может выглядеть именно так».

Я сказала: «Многие годы модная индустрия была слишком расслабленной, и одним из оправданий было: “Ну, здесь не на что реагировать”, — никаких крупных общественных движений, никаких массовых возмущений. Теперь же этого полно. Значит, вам надоела эта романтика в Центральном парке, и вы хотите устроить мошпит?» Я улыбнулась и стала ждать.

«Я думаю, что нужно быть очень молодым, чтобы знать, как выразить это по-новому. Дизайнеры современности, и я в том числе, откололись от поколения, которое было до нас. Однако сегодня мы сами стали тем поколением, которое кто-то должен заменить. Вот кто мы такие. Мы хорошо зарекомендовали себя. Но кто-то должен затмить нас. И такие люди найдутся. Я в предвкушении. Они смогут сформулировать это по-новому. У нас нет того особого чувства безотлагательности, которое есть у того, кому 17 лет, и у всех людей, которым 17 лет».

Ранее в нашем разговоре Оуэнс упомянул тот факт, что ему повезло иметь делового партнера (в Италии), который помогал ему развивать его идеи и следил за тем, чтобы продукты были хорошо выполнены и доставлены вовремя. «Я бесконечно благодарен ему за это», — сказал он мне. — «Без него я бы просто испарился». Также помогло то, что редакторы и покупатели отнеслись благосклонно к медленному темпу его эволюции.

«Теперь такое не сработает», — сказал он. — «Потому что тогда у меня было достаточно времени и пространства, чтобы каждый мог узнать, кто я такой. Ни у кого больше нет такой роскоши. Сейчас трудно кого-то запомнить, поскольку слишком много людей хотят испытать свой звездный час».

 

Посмотреть эту публикацию в Instagram

 

Публикация от RICK OWENS ONLINE (@rickowensonline)

«Но я говорю это от имени своего поколения — поколения, которое было до сотовых телефонов, до — помнишь, когда мы смотрели новости и на экране не маячили рекламные баннеры? Сегодняшняя молодежь способна моментально впитывать информацию. Мы так никогда не умели. Есть что-то в этом перенасыщении образов, использовании символов и скрытых жестов в ленте, комбинации смайликов». 

«Это даже не технологии», — сказал он с насмешкой. — «Это практически египетские иероглифы. Это просто… вот есть лицо человека, есть его рука, и есть индейка. И ты понимаешь, о чем идет речь».

Он снова рассмеялся: «Это современные технологии, но в то же время они первобытны и примитивны. И это довольно интересно».

Источник: Thecut.com

 


Читайте также: 33 факта, которые вы могли не знать о Рике Оуэнсе