Первую часть статьи об истории микстейпа «Acid Rap» можете прочитать по ссылке

1. «GOOD ASS INTRO» (FEATURING BJ THE CHICAGO KID, LILI K., KIARA LANIER, PETER COTTONTALE, WILL MILLER, J.P. FLOYD) [ПРОДЮСЕРЫ – ПИТЕР КОТТОНТЕЙЛ, CAM O’BI, СТЕФАН ПОНС]

Питер Коттонтейл: Мы начали работать над «Good Ass Intro» еще до того, как Ченс решил назвать микстейп «Acid Rap» и вообще сделать проект, навеянный эйсид-джазом (acid-jazz). Я пришел, а у него играл сэмпл Common и Джона Ледженда, который я вечно ставил. Он хотел, чтобы я сделал что-то на его основе и добавил туда ещё аккордов.

J.P. Floyd: До сих пор помню, как Kids These Days записывали песню «Don’t Harsh My Mellow». Ченс там тоже был. Он подошел к нам, сказал, что у него есть идея насчет «Acid Rap», и включил песню Common «Faithful» с Джоном Леджендом и Bilal. Он сказал: «Я хочу начать свой новый проект с этого». Уже после этой сессии я захотел услышать «Acid Rap» и эту песню, я очень долго даже не догадывался, как это будет звучать.

Lili K: Когда мы начали работать над «Acid Rap», Питер звал меня в студию, мы придумывали разные вокальные аранжировки и экспериментировали со звучанием. Все те EP в стиле госпел, соул и хип-хоп фьюжн, которые мы с Питером выпустили до этого, стали звуковой основой для этого проекта. Ченс смотрел, как мы работаем, и обращался за советом. Всё было в таком креативном и коллаборационном духе, и наше звучание прекрасно сочеталось с тем, что хотел сделать Ченс. Мы вместе начали работать над «Good Ass Intro», а потом пригласили BJ the Chicago Kid, чтобы тот добавил больше вокальных слоев и объемного звучания. В конечном счете, в песне оказались наши оригинальные вокальные аранжировки, и большую часть времени слышно мой бэк-вокал.

Элтон Ченг: Мы потратили несколько сессий на то, чтобы сделать всё, как надо. Помню, что изначально у Ченса был сэмпл Джона Ледженда. Атмосфера стояла просто сумасшедшая, потому что над одним делом работала огромная толпа друзей. В студию приходила Lili K – это первый голос, который звучит в микстейпе. Питер Коттонтейл и Cam O’bi тоже были в студии. На барабанах сидел Стефан Понс. Каждый привнес что-то своё, но вместе мы работали очень эффективно. У нас было так много музыкальных инструментов, что акустически мне было сложно найти для всех место. Я, наверное, сводил этот трек больше десяти раз. Он был очень богатым по звучанию.

Стефан Понс: У меня были звуки барабанов, чтобы можно было сделать биты вживую. Помню, мы с Питером Коттонтейлом исполняли эту песню, как фристайл Chance the Rapper, еще до того, как она была записана. Я отвечал за барабаны, а Питер играл на клавишах. Это был единственный раз, когда я записывал барабаны в стиле джук.

Элтон Ченг: У меня была сессия в Classick, а потом мне позвонил Питер Коттонтейл и попросил приехать в Soundscape, чтобы записать трубы. У нас было ужасно мало времени, но Питер работает очень быстро и умеет всё организовывать с бешеной скоростью. В этом проекте участвовал весь Чикаго.

Lili K: Мы сменили кучу студий, и все эти сессии прошли как в тумане. Мы добавляли к трекам всё больше и больше слоев. Мы придумывали что-нибудь, еще точно не понимая, что из этого выйдет. Мы просто очень верили в то, что делали. Я доверяла видению Ченса.

Kiara Lanier: После участия в American Idol я работала над своей музыкой. Ченс был давним другом моей семьи и как-то раз он мне позвонил и предложил записать вокал для его пластинки. В треке принимало участие много человек, поэтому мне было важно найти своё место среди всех конкурирующих элементов. Ченсу очень нравилась одна часть песни, которая была аллюзией к сэмплу «Faithful», и он попросил меня попробовать спеть часть с «I wanna be» и добавить созвучия к партии Lili K.

J.P. Floyd: Я и мой друг Уилл Миллер участвовали в музыкальной сессии Алекса Уили в студии Soundscape Studios на записи его песни «The Woods». Это была моя первая встреча с Элтоном Ченгом. Когда сессия закончилась, мы решили просто отдохнуть в студии. В комнату зашел Питер Коттонтейл, которого я знал со времен школьной джаз-группы, и предложил нам остаться и записать кое-что для Ченса. Мы оба сразу согласились. Это было так неожиданно. Мы должны были записываться для трека «Good Ass Intro», и я тогда подумал, что он уже тогда звучал по-настоящему круто. Он был еще не до конца доделан, но это уже звучало как песня. У Питера было представление о том, как это должно звучать, и он хотел, чтобы трубачи тоже поняли его задумку.

Питер Коттонтейл: Хотел бы я сказать, что всё было готово, когда в треке было уже просто слишком много слоев, но тогда я был недостаточно уверен, чтобы это понять. Мы работали над этой песней целую вечность и закончили, только когда её уже нужно было выпускать.

2. «PUSHA MAN / PARANOIA» (FEATURING LILI K. AND NATE FOX) [ПРОДЮСЕР – CEEJ, NOSAJ THING]

Ceej: Я познакомился с Ченсом перед выходом «Acid Rap». Моя группа Two-9 выступала в Коламбусе, и он был у нас на разогреве. Он всегда очень хорошо выступал, уже во времена «10 Day». После концерта он пришел к нам в номер, и я сказал: «Чувак, трек «Pusha Man» будет просто огонь». Он очень удивился и спросил, где я его слышал. Он даже разозлился! Но я ему ответил: «Да не, чувак, это я его создал». И тогда мы начали болтать и быстро нашли общий язык. Ченс услышал его, потому что я разрешал Нэйту Фоксу лазить у себя на компьютере и забирать понравившиеся биты для его хуков, хоть он и не воспринимал свой рэп всерьез. Позже он мне сказал, что Ченсу хук очень понравился, и он оставил его себе.

Нэйт Фокс: Мне было скучно в Кливленде, и я начал писать альбом. Изначально я попал в хип-хоп через рэп и я довольно быстро понял, что писать биты у меня получается гораздо лучше. Но всё же я просил друзей из Кливленда и знакомых продюсеров прислать мне свои биты. Ceej отправил мне бит с «Pusha Man», и я написал на него текст, мой друг тоже написал текст, и я сделал хук. Мы с Ченсом катались по Чикаго, слушали диск, на котором был этот хук, и тут он сказал: «Подожди-ка. Что это?» Я ответил, что это просто какая-то фигня, которую я написал. Он сказал: «Убери текст и пришли его мне». Я в шутку попросил оставить там мой текст, но он ответил: «Ни за что». Но хук в этом треке звучит именно так, как он его изначально услышал.

Ceej: Я понятия не имею, как я нашел сэмпл «Modaji» Дэйва Грузина, но помню, что когда я его услышал, сразу подумал, что это похоже на 2 Chainz. Это было в то время, когда 2 Chainz еще выступал под псевдонимом Tity Boi и выпускал песни типа «Pimps» – эмоциональные трэп-композиции совместно с Big K.R.I.T. и Bun B. Это мой любимый период его карьеры. Я писал для него бит и поэтому добавил туда трэп-барабаны. Но так вышло, что он оказался у Ченса. Много лет спустя мы с Ченсом пришли в студию к 2 Chainz, и мне пришлось рассказать всем, что изначально я делал бит для 2 Chainz. До этого Ченс об этом и не подозревал.

Элтон Ченг: В самом начале песни это я – тот голос, что кричит: «Chyeah!» Мы обсуждали один из миксов, я просто дурачился и воскликнул «Chyeah!» И тут Ченс попросил меня записать это, сказав: «Было бы идеально так начать эту песню». Он записал, как я это говорю, ну а дальше сами всё знаете.

Lili K: Ченс пригласил меня на запись «Pusha Man», потому что ему хотелось, чтобы в песне присутствовали очень ненавязчивые джазовые партии. Он дал мне послушать трек и сказал: «Делай всё, что захочешь. Но мне нужно здесь что-нибудь». Я добавила туда несколько «oohs». Меня часто спрашивают, в чем заключается моя партия в песне, потому что она такая неуловимая, но мой голос вплетен в звуковую дорожку на протяжении всего трека.

Ceej: Мне его дал послушать Нэйт. Я был в шоке. Он его сократил и сделал сдвоенную песню вместе с «Paranoia». Изначально «Pusha Man» состояла из трех куплетов, и третий куплет был просто огонь. Я хотел его выделить. И Ченс придумал, как это сделать. С того момента, как я услышал этот трек, я понял, что Ченс станет великим.

Нэйт Фокс: То, что в одном треке должно было быть две песни с длинной паузой посередине, мне казалось очень выигрышным решением. Один из наших самых важных разговоров с Ченсом был о Джеймсе Блейке и о том, как он использует паузы в своих песнях. Я помню, что Ченс хотел создать чувство паранойи от того, что ты не знаешь, чего ожидать дальше, и из-за этого боишься. Я обожаю этот момент. Это был один из самых креативных способов воплощения задумки в музыке. Он просто добавил паузу между двумя песнями.

Остин Весли: Я был в студии, когда Ченс записывал «Paranoia». Это было в Лос-Анджелесе. Мы с Ганнибалом Берессом снимали клип на его песню «NaNa». В то время существовал проект под названием Songs From Scratch. В нем исполнитель и продюсер должны были придумать песню с нуля. Мы провели шесть часов в студии с Nosaj Thing, наблюдая за тем, как он создает бит. Помню, у Ченса очень сильно болела голова, и он не смог закончить трек.

Элтон Ченг: Что я помню о песне «Paranoia», кроме того, что её было интересно сводить, так это то, что за несколько дней до выхода «Acid Rap», Ченс придумал концовку песни. Ту часть, где говорится «I know you’re scared» (Я знаю, что ты боишься). В вокальной кабине он был очень серьезен, и это была одна из его лучших записей. Ему потребовалось всего две или три попытки. Он знал, что это должно звучать очень уязвимо. Во время этой записи я услышал что-то в этой уязвимости, и его слова нашли отклик в моей душе и душах многих жителей Чикаго. Такие строчки, как «It’s easier to find a gun than a fucking parking spot» («Легче найти пистолет, чем чертову парковку») звучали очень правдиво и жизненно. Это было правдой. У меня появились мурашки уже тогда, когда он записал эти слова и пошел в кабину.

3. «COCOA BUTTER KISSES» (FEATURING VIC MENSA AND TWISTA) [ПРОДЮСЕРЫ – CAM O’BI, ПИТЕР КОТТОНТЕЙЛ]

Вик Менса: Я часто останавливался в квартире у своего менеджера Коди Казариана в Гумбольдт парке. Однажды к нам зашел Ченс и показал текст и хук, который он недавно написал. Тогда я впервые попробовал грибы и не знал, что со мной может случиться. Я пошел в спальню Коди, в которой у него стояла очень старая установка. Наверняка, если бы я просто подключился к ноутбуку, звучало бы лучше. Я начал писать и почувствовал, как начали действовать грибы. Я поплыл. Во время записи я чувствовал себя так, как будто находился между двумя измерениями.

Cam O’bi: Вик Менса хотел, чтобы эту композицию выпустил я, поэтому он связал меня с Питером Коттонтейлом. У них была песня, которую они уже записали, но им был нужен бит. Их первый продюсер, который записывал эту песню, отдал этот бит другому рэперу. Поэтому он не хотел, чтобы Ченс его использовал, несмотря на то, что песня уже была записана. Ченс хотел, чтобы мы с Питером взяли партии а капелла, которые у них были, и написали к ним новый бит.

Питер Коттонтейл: Оригинальную версию песни сделал мой старый друг, O_Bonjour. Я получил от него демо, которое, по-моему, называлось «Gunshots and Babies Fuck Hawaii». У него было такое глупое название. Мы так его и называли, неофициально. Помню, что Вик был просто в ударе. У трека была совершенно другая атмосфера, она была такой спокойной и гораздо более таинственной.

Вик Менса: На самом деле демо называлось «Babies and Gunshots: Fuck Hawaii Pt: 2». Это было не название бита, это мы его так называли. Сам бит был в стиле боссанова. Мы так называли его, потому что размышляли о последствиях жестокости и насилия в нашем обществе. Оно называлось «Fuck Hawaii» (К черту Гавайи), потому что мы были в Чикаго: здесь холодно, мрачно и опасно. К черту этот штат!

Cam O’bi: Ченс и Вик попросили нас переделать бит. Это было несложно, потому что это то же самое, что делать ремикс уже вышедшего трека. Я уже много лет писал новые треки на основе партий а капелла, просто я их никуда не выкладывал, в отличие от того же Kaytranada. Всё получилось очень органично, потому что Ченс и Вик сидели с нами. Они вживую исполнили для нас хук, на клавишах был Питер, а я сидел за ноутбуком. Как только у нас появилась последовательность аккордов, они предоставили мне возможность самому доделать песню, потому что Kids These Days и Ченс должны были ехать в совместный тур. Они хотели, чтобы к моменту их возвращения песня была готова.

Papi Beatz: Эти сессии были очень веселыми. Я помню, что когда мы записали изначальную версию песни, Ченс хотел, чтобы в ней участвовал Twista. Он был легендой, и совместная песня с ним могла стать для нас прорывом. Но мы думали, что это слишком сумасшедшая затея. Но, конечно, пару недель спустя мы получили партию Twista.

Twista: У Ченса уже была идея для песни, которую он хотел со мной записать, и я был рад поучаствовать в этом. Эта песня напомнила мне о тех временах, когда я был молод. Она вернула меня в детские воспоминания о бабушкином доме. Но ещё она заставила меня вспомнить, как я повзрослел: начал курить травку и заниматься всякими взрослыми вещами. Я вспомнил, как, бывало, хотел поговорить с мамой, но понимал, что не стоит этого делать, потому что от меня пахло травой. Эти чувства ввели меня в такое искреннее состояние, и я смог написать этот текст.

Питер Коттонтейл: Слушать партию Twista было просто невероятно, но до конца я это осознал, только когда мы выступали на фестивале Lollapalooza. Вышел Twista, и тогда я понял: «Черт возьми! В песне, над которой я работал, реально участвовал Twista!» Здорово было чувствовать себя так восторженно, потому что это нас очень вдохновило.

Вик Менса: У меня мозг взрывался от того, что у нас был трек с Twista, потому что я обожаю его музыку.

Twista: Я хотел придать звучание Twista тому, что слышал в этой песне. И Ченс, и Вик звучали классно. Я хотел обуздать ритм и синхронизировать его со своим мировоззрением, с тем, что я чувствую. У меня были строчки «That’s the new principle, sometimes I’mma be about some hoes / Sometimes I’mma wanna make a movie» (Это новый принцип, иногда мне хочется тёлок, иногда мне хочется снять фильм). И я помню, что хотел зарифмовать «Higgs Boson» с «Voltron», и я подумал: «Я хочу использовать это чертово слово».

Papi Beatz: Я сводил и работал на других проектах, которые для меня были очень важны, например, «Innanetape» Вика Менса, поэтому я не мог полностью свести «Acid Rap». «Cocoa Butter Kisses» была единственной песней, которую я свел от начала до конца, и я хотел, чтобы она звучала просто идеально. Она уже была хорошей песней, поэтому мне нужно было показать, на что я способен.

Cam O’bi: Когда я закончил трек, я знал, что он станет хитом. Они перезаписали вокал, чтобы он подходил к законченной песне. Я знал, что она была чем-то особенным.

4. «JUICE» [ПРОДЮСЕР – НЭЙТ ФОКС]

Нэйт Фокс: У меня был небольшой творческий тупик, когда я писал трэп в Кливленде. Сам я в это время слушал Донни Хэтэуэя, The Beatles и соул. Когда я понял, что слишком много об этом думаю, я пролистал свой плейлист и послушал лайв-версию Хэтэуэя на песню Джона Леннона «Jealous Guy». И тогда я понял, что это был идеальный материал для сэмпла. Я написал бит где-то за 15 минут.

Элтон Ченг: Во время тура мы начали выступать с сырой версией этой песни, и фанаты Ченса были от неё просто в восторге. После того, как ты видишь, как он выступает на концерте, через несколько недель приходить в студию и работать над «Juice» казалось чем-то невероятным.

Остин Весли: Клип на «Juice» сняли за несколько месяцев до выхода проекта. К ноябрю 2012 года песня была уже в какой-то степени готова. У нас была задумка для видео. Еще мы хотели сделать для этого видео тизер, в котором камера приближается из космоса к Jones College Prep, но то видео мы так и не сняли.

Эндрю Барбер: Я рано услышал «Juice» и помню, что у клипа был очень классный трейлер. Мы были в таком восторге от него, но что забавно, так это что в итоге трейлер не имел ничего общего с самим клипом. Это выглядело странно. Люди не знали, чего ожидать.

Нэйт Фокс: Когда Ченс прислал демо для «Juice», он меня просто потряс. Я никогда не слышал ничего подобного. Мы довольно долго разговаривали по телефону. Я помню, как сидел на крыльце у себя в Кливленде. Это был разговор, которого я ждал уже давно, он был на тему поддержания связи с художником. Я не знаю, как это объяснить, но разговор показался мне почти духовным. До этого я писал музыку только для себя, но после разговора с Ченсом я понял, что в той музыке было что-то большее, чем просто мы вместе взятые.

Остин Весли: Пришел январь, а мы так и не сняли изначально запланированное видео. Ченс позвал меня с собой в Нью-Йорк, потому что ему нужно было посетить какие-то встречи, связанные с музыкальной индустрией. Мы хотели сделать что-нибудь глупое для видео, например, Ченс должен был раздавать сок прохожим. Но когда мы приехали в Нью-Йорк, то поняли, что мы впервые находились там в качестве взрослых парней. Как для жителей Чикаго, Нью-Йорк имел для нас какое-то особое значение, потому что он символизировал своего рода подъем, и когда ты находишься там, кажется, что ты добился успеха. Мы остановились недалеко от Таймс-сквер и выходили гулять очень поздно. Казалось, что мы владеем всем городом. И мы просто засняли это. У нас уже был опыт съемки художественных видео, но в этот раз мы очень хотели показать Ченса в качестве исполнителя и уловить его энергию. Это было как бы надлежащим знакомством с ним.

Нэйт Фокс: Из работы над этим проектом я сделал два вывода: один положительный и один поучительный. Первое, это то, что я понял, как важен дух сотрудничества и умение соглашаться с чужими идеями; насколько это может оказаться полезным для написания музыки. И второе, я больше узнал о сэмплировании, релизах и регистрации авторских прав на песни. Как бы мы не хотели, чтобы этот проект появился на Spotify и iTunes, в нем очень много сэмплов, и сложно было бы получить на всё это права. Например, та песня Донни Хэтэуэя принадлежит Хэтэуэю и компании Джона Леннона, а мы знаем, как сложно очистить права на всё, что касается Beatles. За каждым сэмплом стоит своя история.

5. «LOST» (FEATURING NONAME) [ПРОДЮСЕР – НЭЙТ ФОКС]

Нэйт Фокс: Это был очередной пример того, как я слишком заморачивался насчет своих сэмплов, потому что песня Уилли Хатча «Brother’s Gonna Work It Out» – это классика, её все знают. Её было очень легко резать, потому что она представляет из себя луп (зацикленный фрагмент музыкальной записи) из восьми частей. Я не особо много изменил в сэмпле, но помню, что когда показал его Ченсу, он сказал, что точно включит его в альбом.

Элтон Ченг: Когда я сводил трек, мне пришлось приглушить свет и настроиться на нужный лад, потому что песня была очень тяжелой. Я очень проникся этим миксом. Другим важным событием во время записи этого микстейпа для меня стала встреча с Noname. Как-то вечером после того, как она написала свой текст, она пришла к нам. Она записала трек, но ей не нравилось, как он звучит. На следующее утро она позвонила и назначила четырехчасовую музыкальную сессию. Она пришла за 20 минут до конца сессии и очень быстро со всем управилась. Ей потребовалась всего пара попыток.

Нэйт Фокс: За несколько недель до релиза он включил его, и я был просто потрясен. До этого я никогда не слышал Noname, поэтому я спросил: «Кто это?» По-моему, у всех была такая реакция на «Lost». Мне кажется, людям действительно нравится эта песня, но изначальная реакция связана с тем, что они слышат Noname в первый раз.

6. «EVERYBODY’S SOMETHING» (FEATURING SABA AND BJ THE CHICAGO KID) [ПРОДЮСЕР – DJ OZONE]

DJ O-Zone: После того, как Ченс предложил мне быть его диджеем, мы провели вместе несколько концертов. У нас был концерт в Миннеаполисе, и там и началось производство «Everybody’s Something». Я приехал в город первым, а он летел из Лос-Анджелеса. Я ждал самолет Ченса в аэропорту и работал над битами. И так уж получилось, что бит, который я тогда написал, стал песней «Everybody’s Something». Ченс прилетел, мы поехали на саундчек, и в гримерке я подключил свой аудиокабель. Он услышал бит и сказал: «Эй! Он мне нужен!» Музыканты постоянно просят у меня биты, поэтому я не придал этому особого значения, но на следующий день Ченс еще раз спросил про него. Я отправил ему бит, он записал свою часть. Песня Slum Village «Fall In Love», с которой я сделал сэмпл – это одна из моих самых любимых песен, поэтому я рад, что Ченс его использовал.

Вик Менса: У нас была сессия в студии Traphouse, мы тогда были под кайфом, и, по-моему, даже назвали ту сессию «Наркотики». Мы с Ченсом записывали песню и фристайлили что-то о «Lambskin Luxury», но я ничего особо не помню. А потом Ченс сказал: «Каждый для кого-то – это всё» («Everybody’s somebody is everything») А я сказал: «Нет, не каждый. Что насчет бездомного человека, который никому не нужен? В глазах общества он – никто». На следующий день у нас был концерт в Reggie’s, и он мне сказал: «Я написал об этом песню».

Элтон Ченг: Когда Ченс работал над этим треком, для него он был как головоломка, которую нужно собрать и подобрать хук. Он думал над строчками, а потом сказал: «Everybody’s somebody’s everything / Nobody’s nothing» (Каждый для кого-то – это всё / Никто есть ничто), – и воскликнул: «О, господи! Это то, что нужно!» На него как будто озарение сошло, он спросил: «Я что, реально сейчас это сказал?» Когда ты объясняешь это кому-то или говоришь лично во время разговора, то понимаешь, что в этом есть глубокий смысл и важное значение. После этого он начал писать как сумасшедший. Как только он разобрался с первой частью головоломки, всё встало на свои места. Я понял, что это было что-то великолепное, когда пришел BJ The Chicago Kid для того, чтобы записать бэк-треки. А еще часть, которую исполнял Saba! Он вытворял что-то сумасшедшее. Я тогда особо его не знал, но он был крут.

Остин Весли: Когда в Classick я услышал трек в первый раз, я сразу понял, что благодаря тому сэмплу это будет нечто. Вик тоже записал свою партию, которая в итоге не вошла в песню.

Вик Менса: Я не помню, чтобы у меня был текст для этого трека. Вполне возможно, что он был, но я такого не помню.

DJ O-Zone: Забавный факт: по-моему, изначально в этом альбоме был куплет Lupe Fiasco и, как мне сказали, еще была партия у Joey Badass, но оставили лишь текст Saba. Я был в восторге, когда узнал, что он будет участвовать в проекте.

Элтон Ченг: Это был первый раз, когда я видел свою работу по телевидению. На MTV 2 показали клип Остина Весли на «In Rotation». Я был под кайфом и не мог даже толком это осмыслить. Но это было просто еще одним напоминанием о том, что у нас всё только начиналось! У Остина Весли художественный фильм на подходе. У Saba сейчас очень успешный тур в поддержку его нового проекта. Если оглянуться назад и посмотреть, насколько талантлив был каждый участник микстейпа, то нынешние успехи не вызывают никакого удивления.

DJ O-Zone: Столько раз я говорил людям, что в каком-то проекте будут мои песни, а потом оказывалось, что это не так. Поэтому я особо ни на что не надеялся. Я осознал, что всё серьезно, только когда Ченс сказал мне, что это была его любимая песня во всем проекте. Он говорил правду, а не просто стебался. То, что она оказалась ему близка, было особенно важно, потому что это не клубная пластинка. Это особенная композиция. В том году у меня родился первый сын, и я посвятил трек ему.

7. «INTERLUDE (THAT’S LOVE)» [ПРОДЮСЕР – ЛЮДВИГ ЙОРАНССОН]

Людвиг Йоранссон: Это была моя первая коллаборация с Ченсом. Изначально это должна была быть песня под названием «It’s Electric». Помню, после тура Childish Gambino он сказал, что сейчас в Лос-Анджелесе и хочет записаться со мной. На тот момент у него уже вышло несколько песен, я был его большим фанатом и поэтому с радостью пригласил его к себе. Мы начали практически с нуля. У меня на айфоне было небольшое вступление на пианино, и я сыграл ему эти аккорды. Он очень воодушевился, и мы открыли интро в Ableton (программа для записи музыки).

Элтон Ченг: Мне очень понравилось сводить эту песню, она стала для меня одной из любимых. Прежде всего, спасибо Людвигу. Этот человек – просто гений, и мне стыдно признаться, что в те времена я ничего не знал о его успехах и его опыте в работе со звуком. Всё, что мне прислали для сведения, звучало просто потрясающе. Я был в шоке и думал: «Я не знаю, кто такой этот Людвиг, но у него, наверно, очень классная студия».

Людвиг Йоранссон: Мы записали почти всю песню за полдня. В студии я добавлял всё новые инструменты. Он хотел, чтобы там была гитара и орган. Инструментов становилось всё больше и больше, и когда трек был закончен, он записал вокал. Всё прошло очень быстро. Мы оба находились в очень творческом состоянии.

Стефан Понс: Немногие это знают, но на бэк-вокале в этой песне поет Дональд Гловер. Всё многоголосие – это он. Он так хорошо поёт, что люди даже не понимают, что это он.

Элтон Ченг: Я только в середине работы над песней понял, что все эти бэки принадлежат Дональду Гловеру. Я тогда даже не знал, что он может так петь.

Людвиг Йоранссон: Когда песня вышла вместе с альбомом, я как раз слушал её и вспоминал о нашей сессии. Вспоминая тот день в студии, я поверить не мог, что мы всё это сделали за полдня. Это довольно сложная композиция с большим количеством инструментов и действительно качественным вокалом и хором. Это был такой знаменательный день в студии.

8. «FAVORITE SONG» (FEATURING CHILDISH GAMBINO) [ПРОДЮСЕР – НЭЙТ ФОКС]

Вик Менса: Изначально мы с Ченсом записали «Favorite Song» в Лос-Анджелесе. В ту поездку мы вроде бы спали на диване у Chuck Inglish. У меня появилась задумка для хука, а потом я заснул на диване. Когда я проснулся, Ченс как раз придумал, из чего будет состоять песня.

Стефан Понс: Ченс рассказал мне, что хочет придать проекту звучание в стиле эйсид-джаза, поэтому я прислал ему несколько своих идей. Но у них с Нэйтом Фоксом всё сложилось гораздо лучше. Они всё очень классно придумали. У него была песня «Favorite Song» и он ее исполнил на концерте с Kids These Days.

Нэйт Фокс: Я написал бит для «Juice» и в тот же день написал «Favorite Song». Концепция была примерно такая же: я старался избавиться от всяких ограничений, просто сэмплировал и обрезал песни, которые мне нравились.

Стефан Понс: Я помню, что поставил раннюю версию той песни на DJ-сете, и толпа уже знала слова, хотя песня еще даже не вышла.

Нэйт Фокс: Первую версию этой песни мы записали в Лос-Анджелесе, и в ней участвовали Вик и Ченс. Не помню, почему в итоге Вика в этой песне не оказалось, но сессия тогда прошла очень весело.

Стефан Понс: Ченс предложил Дональду поучаствовать в записи, а в те времена мы с Дональдом жили вместе. Когда он писал текст, он спросил меня: «Где сейчас молодежь покупает одежду?» Я в шутку ответил: «Abercrombie?» А он взял и использовал эту строчку в песне: «You blast this shit in Abercrombie when your work is finished» (Ты врубаешь эту песню после смены в Abercrombie).

9. «NANA» (FEATURING ACTION BRONSON) [ПРОДЮСЕР – BRANDUN DESHAY]

brandUn DeShay: Несмотря на все совместные песни Ченса для «Acid Rap», я слышал, что «NaNa» он записал в первую очередь. Он пришел ко мне, когда я жил в Бруклине, и спросил, нет ли у меня каких-нибудь битов. Я сыграл ему несколько своих композиций, и он сразу захотел использовать то, что у меня было припасено, для записи «NaNa». Он сразу же понял, что хотел из этого сделать. Изначально я записал этот бит в 2011 году, когда работал с Маком Миллером. В то время он записывал проект «Macadelic», навеянный кислотными трипами.

Остин Весли: Я помню, как он писал «NaNa» в студии Force One Seven. Он принимал ЛСД и писал тексты. Мне, как другу, было очень интересно наблюдать за тем, что он работает именно так. Это выглядело очень креативно.

Элтон Ченг: Я помню те барабаны. Они были очень классные, было слышно такие щелчки. Тогда я много слушал Good Kid, M.A.A.D. City, и я помню, как звучали те барабаны. В «NaNa» они были зациклены, и я очень хотел, чтобы они звучали хорошо. Очень круто, что в треке участвовал Action Bronson. Мне кажется, его куплет был очень смешным.

brandUn DeShay: Я думал, что эту песню доделали давно, но за пару дней до релиза Ченс прислал мне окончательный вариант, и в нем участвовал Bronson. Честно говоря, когда я впервые его услышал, я расстроился. Bronson крутой и классный чувак, но в те времена мне не особо нравилась его музыка. Мне казалось, песня была хороша и без него, только с Ченсом. Но с тех пор она, конечно, мне уже полюбилась.

Рич Гейнс: Конец партии, которую поет Bronson – это идеальное вступление к «Smoke Again». Этот кашель и beat drop.

10. «SMOKE AGAIN» (FEATURING AB-SOUL) [ПРОДЮСЕР – BLENDED BABIES]

JP: Мы придумали этот бит за годы до того, как он оказался у Ченса, и, честно говоря, это один из моих любимых битов. У него было довольно глупое название – «Chingy Mungy», и мне кажется, это одна из причин, из-за которой Ченс кликнул на файле, чтобы послушать этот бит, когда он был у нас в гостях в Лос-Анджелесе. Он просто случайно наткнулся на него. Мы поставили ему около 50 битов, а он остановился на этом.

Рич Гейнс: Когда мы писали этот бит, мы были у себя в домашней студии на Уолтон-стрит в Уикер Парке. JP просто игрался со своим синтезатором MOTIF, и почти весь бит был создан на нем.

JP: А еще у нас там были живые барабаны. Когда Ченс услышал этот бит, он посмотрел на нас и сказал: «Это станет синглом. Я богом клянусь, это будет в моем проекте». Он там же написал всю песню.

Рич Гейнс: Я ему не поверил, но было приятно. Я сказал: «Клево, чувак, давай просто запишем песню».

Нико Сегал: Когда Ченс прислал мне официальный список всех участников микстейпа «Acid Rap», я был просто поражен. Помню, что чуть с ума не сошел, когда увидел, что в альбоме был Ab-Soul. В те времена для меня это казалось чем-то невероятным, и я тогда подумал, что людям обязательно понравится пластинка Ченса. Он был моим другом, и я знал, что он классный рэпер. Но после того, как он посотрудничал с Фрэнком Оушеном и Kids These Days, оказалось, он внезапно стал не просто классным рэпером, а тем, у кого на пластике были Ab-Soul и Action Bronson.

Рич Гейнс: Буду честен. Когда я впервые услышал куплет Ab-Soul, я подумал: «Мне не нравится это дерьмо». Я слышал очень многое из работ Ченса, и Soul звучал совершенно по-другому. Но после второго прослушивание всё встало на свои места. Теперь я люблю его партию.

JP: Немногие знают, что Рич участвовал в хуке на «Smoke Again». Есть у Ченса одна черта – его проницательность, которая уже тогда в нем присутствовала. Это здорово. Меня поражало, насколько хорошо он разбирался в том, какой бит ему нужен. У него было свое видение, и он его реализовывал.

11. «ACID RAIN» [ПРОДЮСЕР – JAKE ONE]

Элтон Ченг: Когда мы записывались, Ченс, возможно, принимал грибы. Я не мог понять точно, потому что я никогда их не принимал и не был знаком с людьми, которые принимают наркотики, но мне кажется, он сидел на грибах. В тот день он написал песню и просто сходил с ума, как в песне «Everybody’s Something». У него было какое-то прозрение за прозрением, и каждая последующая часть идеально подходила к предыдущим.

Остин Весли: Убийство Родни Кайлса очень изменило «10 Day», но оно также повлияло и на «Acid Rap». В некоторых строчках Ченс об этом вспоминает: «My big homie died young; just turned older than him / I seen it happen, I seen it happen, I see it always» (Мой хороший друг умер молодым; я стал старше, чем он был / Я видел, как это произошло, видел, как это произошло, я вижу это постоянно).

Элтон Ченг: В этой песне он хотел звучать очень уязвимо. Он провел около пяти часов за написанием текста, периодически спрашивая Пэта Коркорана: «Нормально, если я скажу вот так?», имея в виду строчку «And I still get jealous of Vic / And Vic’s still jealous of me» (И я до сих завидую Вику / А Вик завидует мне). Просто я помню тот момент, когда он хотел быть уязвимым, но не хотел заходить слишком далеко. Хотя Ченс с Виком периодически спорят, всё же они как братья. Пэт сказал продолжать, и Ченс вернулся к тексту.

Вик Менса: Когда я услышал эту песню в первый раз, всё так и было. Когда она вышла, я всё еще был участником Kids These Days и я сидел с ними в машине. Наша группа из семи человек уже распадалась, и большинство из них было в обиде на меня. Ченс был прав, потому что я действительно ему завидовал. Он там делал всё, что хотел, а я тут сидел с группой на грани распада, с людьми, которые не хотели иметь со мной ничего общего. Я чувствовал себя творчески подавленным. Это сильно меня задело, потому что действительно было очень много случаев, когда он мне завидовал.

Эндрю Барбер: Пэт дал мне послушать песню «Acid Rain» задолго до её релиза. Я слушал её снова и снова. Умение Ченса читать рэп становилось только лучше, он вышел на новый уровень.

Остин Весли: Это, наверное, моя любимая песня у Ченса, даже сегодня. Её выпустили прямо перед выходом всего проекта, и до этого я о ней ничего не слышал. Там столько жизненных строк, и было очень интересно услышать в песне то, о чем он говорил со своими друзьями в самые сокровенные моменты.

Вик Менса: Эта песня такая настоящая. Я даже был немного шокирован его честностью в некоторых моментах. Это было очень круто.

Элтон Ченг: Его игра слов была просто невероятна, и бит Jake One звучал прекрасно. С каждым произнесенным словом чувствовалось, что в воздухе витала какая-то необычная атмосфера. Это было нечто особенное. Он записал её минут за 10. Всё, что он говорил, прорезало насквозь.

12. «CHAIN SMOKER» [ПРОДЮСЕР – НЭЙТ ФОКС]

Нэйт Фокс: Работа над «Chain Smoker» помогла мне лучше понять процесс деятельности Ченса, чем «Pusha Man», потому что во время записи того трека мы редко виделись. Изначально «Chain Smoker» была моей собственной песней, но когда я дал ее послушать Ченсу, у него появилась задумка сделать песню с бэк-вокалом в стиле Принса.

Элтон Ченг: Ченс просто очень хотел сделать что-нибудь мега-Принсовское. Это должно было стать его «Purple Rain» или типа того. Этот трек также должен был стать аутро и концовкой микстейпа. Нэйт Фокс снова был в ударе.

Нэйт Фокс: Мне кажется, Ченс считал песню «Chain Smoker» своей первой возможностью стать кем-то, похожим на Майкла Джексона или Принса: придумать танцевальную песню, под которую он также сможет подобрать хореографию. Пока он записывал её, было заметно, как он делает движения руками и всем телом. Я действительно узнал много о том, как Ченс слушает музыку и как он работает с ней. Его видение получило дальнейшее развитие в микстейпе «Coloring Book». Когда он писал для него материал, он сказал: «У меня есть задумка, чтобы сингл начинался со строчки ‘if one more label try to stop me’ (Если еще хоть один лейбл попытается меня остановить)». Он хотел придумать песню с таким настроением. С тех пор его настрой не поменялся.

Элтон Ченг: Помню, опять-таки, мне очень нравился альбом «Good Kid», поэтому я перестарался с барабанами. В ранних версиях я хотел, чтобы они звучали супер-жестко. Ченс это заметил и сказал: «Слушай, хай-хэты звучат как-то странно», – и Пэт его поддержал, – «Да! Они звучат отстойно!» Они показали мне пример того, какое звучание они хотели получить, и мы его изменили. Вот почему это было чем-то особенным: каждый мог высказать то, что думал. Во время записи «Acid Rap» искусство стояло в приоритете по отношению к самолюбию. Пэт мог сказать, что барабаны звучали отстойно, и я знал, что так и было, и мы возвращались к работе. Это касалось каждого. Песни говорили сами за себя. Такая простая вещь, как честное мнение о барабанах, помогла «Chain Smoker» найти правильное звучание.

Нэйт Фокс: Пэт присутствовал и участвовал на протяжении всего процесса. Он – безызвестный герой процесса создания «Acid Rap». Для него не было проблемой высказать свое мнение или послушать песню. Одна из его важнейших черт в качестве менеджера – это его стопроцентная честность. Если Ченс настаивал, то он всегда уступал, потому что здесь Ченс – создатель. Но я очень благодарен Пэту, потому что очень много людей готовы сказать вам полную чушь и вообще всё, что вы хотите от них услышать. Он прямолинеен и готов помочь в хорошем смысле этих слов.

13. «EVERYTHING’S GOOD (GOOD ASS OUTRO)» [ПРОДЮСЕР – CAM O’BI]

Cam O’bi: К концу работы над микстейпом Ченс начал искать новые биты. Он спросил, есть ли у меня что-нибудь для него. Обычно я люблю начинать песни с нуля, но у него для этого не было времени, поэтому я послал ему этот бит и несколько других. Мы провели музыкальную сессию. Я наблюдал за тем, как он за несколько часов в студии написал целую песню.

Papi Beatz: Как-то раз, когда я сидел в студии, и Ченс был в вокальной кабине, позвонил его отец. Ченс зачем-то попросил меня нажать кнопку записи. Обычно мне было бы некомфортно записывать кого-то без их согласия, но, о чудо, отец Ченса начал говорить своему сыну самые сердечные и милые вещи. Все в студии потянулись за бумажными салфетками.

Cam O’bi: Это был очень настоящий и спонтанный момент. После разговора по телефону Ченс сказал, что знал, что это непременно произойдет, потому что его отец каждый раз при звонке говорил ему все эти сентиментальные вещи.

Элтон Ченг: Это было так здорово. Мне кажется, это очень хорошо подвело итог всему микстейпу «Acid Rap».

Papi Beatz: Это был такой волшебный момент. Кроме таланта, в Ченсе есть что-то такое искреннее.

Эндрю Барбер: Один A&R-агент, Риггс Моралес, с которым мы были друзьями и который работает на лейбл Atlantic, попросил познакомить его с Ченсом и Пэтом. Мы пошли на обед в Big Star, а потом в студию Music Garage. Он включил нам то, что потом станет микстейпом «Acid Rap». Это было примерно за месяц до релиза, и больше всего мне запомнилась «Everything’s Good (Good Ass Outro)». Это было как раз после того, как отец Ченса позвонил ему, пока тот был в кабине. Помню, что сказал: «Чувак, тебе нужно включить это в трек. Это будет твоим аутро. Это станет одной из самых крутых концовок со времен «Last Call» Канье». Тогда я понял, что он взлетит.

Cam O’bi: Потом Ченс позвал Nico поучаствовать в треке, потому что он хотел, чтобы тот переделал сэмпл на песню Common «Faithful».

Нико Сегал: Я участвовал лишь в одной песне на «Acid Rap», потому что всё остальное время я был в туре с Фрэнком. Тогда я чаще отсутствовал по сравнению с «10 Day» и последующими проектами. Помню, как мы записывали «Everything’s Good (Good Ass Outro)» в студии Rockie Fresh через дорогу от Kids These Days, которые были в студии Music Garage.

J.P. Floyd: Забавно, что я участвовал только в работе над «Good Ass Intro», а Нико был только на «Good Ass Outro». Сейчас мы живем да и работаем всегда вместе. Тогда у нас не было ни одной общей сессии, но всё это звучало как единое целое. 

Нико Сегал: На самом деле, помнится, для меня это была довольно неприятная сессия. Я был в начале так называемого жизненного этапа «записи трубы», и мне казалось, что я недостаточно хорошо играл, недостаточно хорошо себя чувствовал, да и вообще день был не мой. Всё, что мы делаем – это процесс обучения, и, несмотря на то, что я был неуверен в своей игре, я очень обрадовался, что Ченсу понравилось. И Кэм, и Ченс отзывались очень хорошо, и я помню то чувство благодарности и исчезновение неуверенности в себе.

Элтон Ченг: Эту песню сводили накануне выхода «Acid Rap». Я помню, что у меня из-за этого чуть не началась паническая атака. Я решил сделать перерыв от работы и пошел в Red Room в студии Classick Studios. И мой друг сказал: «Ты готов к тому, чтобы мир услышал этот альбом? Если ты его не закончишь, весь мир будет зол». Это худшее, что можно услышать, когда у тебя поджимают сроки. Но всё получилось. Для всех работа над этим проектом была особенной, и это чувствовалось. Ченсу пришла в голову мысль, чтобы микстейп звучал как бесконечный цикл. Я сделал так, что если весь альбом стоит на повторе, то после концовки «Everything’s Good (Good Ass Outro)» сразу вступает вокал Lili K из «Good Ass Intro».

Выступление Chance the Rapper на Lollapalooza 2013

Пост-релиз «Acid Rap»

Эндрю Барбер: Микстейп слили в день релиза. Что за безумие: это бесплатный микстейп, и его сливают в день выхода! Я выставил его на сайт, и он на несколько часов упал. До этого такое случалось лишь однажды, когда у меня была премьера ремикса на «I Don’t Like». Я даже не помню, каким образом его слили, и, по-моему, никто так и не разобрался, кто это сделал.

Twista: Когда я услышал «Acid Rap», я понял, что это что-то новое. У меня было похожее, но немного другое чувство, когда я услышал проект Nas «Illmatic» и альбом Biggie – но так не звучало еще ничто. То же самое относится к альбому Snoop Dogg [Doggystyle]. Как фанат хип-хопа и музыки в целом, когда я услышал проект Ченса, я подумал: «Черт возьми, это происходит в моей жизни, я слушаю нечто совершенно новое и уникальное. Вот для чего развивался хип-хоп».

Элтон Ченг: После выхода «Acid Rap» я особо много не тусовался и просто понятия не имел, насколько популярным стал этот альбом. Однажды я был в каком-то лондонском баре и услышал, что у них играет «Favorite Song». Все вокруг отрывались. Проведя столько времени в студии, мне не удалось увидеть, насколько эта музыка пришлась людям по душе. Мне встречались некоторые посты в Интернете, но видеть реакцию людей вживую – это совсем другое.

Нэйт Фокс: После выхода пластинки я вернулся к своим строительным работам в Питтсбурге, поэтому я не знал, как её приняли. На работе мне позвонил Джефф Вон из лейбла Atlantic: «Это Нэйт Фокс?» Я не понимал, откуда у него мой номер, но он сказал: «Ты понимаешь, что это сейчас самый популярный альбом в стране?» Но всё, что я знал, это то, что мне нужно было в тот день ломать стены кувалдой.

J.P. Floyd: Когда вышел «Acid Rap», Нико Сегал и я были в туре с Фрэнком Оушеном. Мы делали ретвиты и распространяли информацию, но нас не было в Чикаго, когда это произошло. Мы видели, что о микстейпе говорило всё больше и больше людей, начали появляться публикации в Интернете. Это было просто безумие какое-то. Это был самый конец тура, мы сидели в баре в Мельбурне, и там играл «Acid Rap». Я слышал свой тромбон и просто не мог в это поверить. Это было так неожиданно. Было так странно видеть такое за пределами твиттера. Это было сногсшибательно, и даже распад Kids These Days казался чем-то из прошлой жизни. «Acid Rap» оказал на нас огромное влияние. Просто невероятно вспоминать, что было 5 лет назад, и видеть, чего мы добились сейчас.

Нико Сегал: Когда мы с J.P. услышали «Acid Rap» в баре Мельбурна, у меня весь мир перевернулся. В наших головах произошел сдвиг касательно того, что реально случилось и насколько это было большим событием. Мы знали, что нашим друзьям микстейп нравился, но мы не понимали его масштабов. В то время блоги о рэпе были для нас всем, но это было чем-то даже большим. Было очень странно, что я был так далеко, когда альбом вышел, но как только мы вернулись, Ченс предложил мне поехать в тур.

Нэйт Фокс: Помню, что во время первого тура в поддержку «Acid Rap» люди настолько серьезно воспринимали концепцию кислотного рэпа, что приходили на наши концерты под кислотой. Проект интерпретировали совершенно по-разному. Во время тура у нас состоялся серьезный разговор о том, что это не то, что мы хотим продвигать. Вместо того, чтобы сосредоточиться на употреблении наркотиков, мы хотели обратиться к духовности и творчеству. Изменилось не только то, что мы продвигали и как мы себя вели, но и музыкальная часть. Это то, что оказалось в «Sunday Candy».

«ПОСЛЕ РАЗГОВОРА ПО ТЕЛЕФОНУ ЧЕНС СКАЗАЛ, ЧТО ЗНАЛ, ЧТО ЭТО НЕПРЕМЕННО ПРОИЗОЙДЕТ, ПОТОМУ ЧТО ЕГО ОТЕЦ КАЖДЫЙ РАЗ ПРИ ЗВОНКЕ ГОВОРИЛ ЕМУ ВСЕ ЭТИ СЕНТИМЕНТАЛЬНЫЕ ВЕЩИ», – CAM O’BI

Питер Коттонтейл: Мы столькому научились во время этого проекта. Мы были просто командой воодушевленных людей, работавших вместе. Мы писали музыку каждый день, совмещая наше трудолюбие с нашей увлеченностью и получая из этого что-то новое.

Papi Beatz: Весь процесс ощущался как олицетворение работы над тем, что ты любишь. До того, как меня пригласили на это интервью, я даже не думал, что с тех пор прошло уже пять лет. Эти песни действительно выдержали испытание временем. Для современной музыки половина десятилетия – это большой срок, но я знаю, что этот альбом уже считается классикой рэпа.

Элтон Ченг: Я люблю «Acid Rap». Это был мой первый проект. Это было круто, потому что до этого я никогда не сводил целый альбом. И благодаря тому, что это был именно «Acid Rap», я мог показать, на что я способен. Я так благодарен за это. Этот проект подарил мне столько возможностей. Мне кажется, он стал классикой, и мне очень часто говорят, как сильно он вдохновляет людей. В то время мы все были очень бедными, но это было неважно. На первом месте стояла музыка.

Нэйт Фокс: Удивительно то, что почти все, кто работал над этим проектом, находились примерно в одном и том же творческом пространстве, особенно ребята из Чикаго. Все давно хотели сделать что-то очень важное, и все знали, что они могут предлагать любые идеи и творить без ограничений. Ченс это обожает. Он любит возвращаться назад и проговаривать идеи вслух. По-моему, с тех пор, как вышел «Acid Rap», никто из тех, кто работал над проектом, начиная от продюсеров и приглашенных музыкантов и заканчивая инженерами, не перестал заниматься творчеством и своим делом. И все до сих общаются и сотрудничают друг с другом. Noname, Elton и Cam O’bi вместе выпустили целый альбом! И это лишь один пример.

Cam O’bi: До сих пор сложно определить размеры влияния этого проекта. Много раз люди говорили мне о том, что проект зародил новое звучание или новый тренд в хип-хопе Чикаго, который теперь признают повсеместно. Это меня поражает и по сей день. Это что-то нереальное. Это похоже на осуществление всех моих желаний, потому что я с детства хотел быть частью чего-то типа этого и оказывать какое-то влияние на музыку.

Стефан Понс: Я как-то увидел мем, на котором было написано «best mixtapes of all time. Fight me!» (Лучшие микстепы всех времен. Деритесь со мной!), и там тоже был «Acid Rap», и у меня просто мозг взорвался. Это круто. Из-за того, что я был частью проекта, я никогда не думал об этом в таком ключе, я как будто был частью чего-то типа альбома Канье «The College Dropout».

Людвиг Йоранссон: Все песни такие классные. Они написаны невероятно хорошо. Я до сих пор могу их слушать и не думать о том, что они были выпущены пять лет назад. И в будущем люди будут слушать их снова и снова.

Эндрю Барбер: «Acid Rap» был идеальным сочетанием всего на свете. Просто у нас было всё для этого. У нас был нужный создатель и исполнитель, нужное звучание, нужный город, все были увлечены проектом, и у нас была идеальная команда людей, работавших над ним. Нельзя такое подстроить или создать в лаборатории. Это было очень органично и очень по-настоящему.

«МЫ СТОЛЬКОМУ НАУЧИЛИСЬ ВО ВРЕМЯ ЭТОГО ПРОЕКТА. МЫ БЫЛИ ПРОСТО КОМАНДОЙ ВООДУШЕВЛЕННЫХ ЛЮДЕЙ, РАБОТАВШИХ ВМЕСТЕ», – ПИТЕР КОТТОНТЕЙЛ

Майкл Колар: С таким проектом ты чувствуешь удовлетворение от признания. В то время в Чикаго казалось, что люди за пределами города думали лишь об одном стиле музыки оттуда: дрилл. Мне нравится дрилл, и я записал очень много треков Young Chop, Lil Durk и других музыкантов, но просто я помню, как ездил в Нью-Йорк, и все говорили только о дрилле. Я бы сказал, что для Чикаго это только начало. Я вспоминаю те времена, когда Ченс и его друзья только находили свое звучание, и в этом было столько креативности и искренности, а иногда и наивности. Это было такое счастливое время, и та эпоха была пропитана очень хорошей атмосферой, благодаря людям, собиравшимся и работавшим вместе. Они показали, что Чикаго – это город единства. Я был парнем постарше, в воспоминаниях которого была совсем другая эпоха этого города, и это было так приятно.

Эндрю Барбер: Настало время, когда все узнали о новом (не менее интересном) поколении музыкантов, раскрывающим другую сторону Чикаго. Это было так захватывающе. Ченс просто сшибал все двери на пути к успеху. К этому моменту о Чикаго уж точно знали все. Помню, в 2012 году во время бума популярности Чикаго лейблы подписывали контракты с музыкантами направо и налево. И кто-то мне сказал, что хип-хоп Чикаго – это тренд-однодневка, и нам нужно наслаждаться нашей минутой славы. Они так ошибались. Это уже невозможно остановить. Чикаго – не «актер одной роли», и Ченс действительно всех оживил. Ему даже не пришлось подписывать контракт. У него всё было продумано с самого начала.

На’эль Шехад: Это – исторический момент. Когда в первый раз проект, в котором ты выступаешь в качестве создателя, даёт то, чего тебе всегда хотелось, такое уже не повторяется. Быть частью этой истории было просто потрясающе. Поучаствовать в этом проекте посчастливилось лишь немногим избранным. Много раз музыканты спрашивали меня, могут ли они сделать то же, что и Ченс. Это возможно, но у него для этого было всё необходимое. Дело было не в деньгах. Деньги играли второстепенную роль в том, чего все хотели от этого проекта. Всё вращалось вокруг музыки. Это лучший проект, в котором я когда-либо работал за всю свою жизнь.

Остин Весли: Мне трудно поверить, что это было правдой. Это был очень важный период в моей жизни. Нельзя недооценивать, насколько редко нам представляется возможность наблюдать за тем, как кто-то из близких становится суперзвездой в наших глазах. Я верил в Ченса, и поэтому я так рано начал с ним работать. Прошел год, и Ченс стал кем-то большим по сравнению с теми временами, когда мы начинали. И он продолжает развиваться в геометрической прогрессии. Помню, когда вышел альбом, я включал его, пока ехал по Лейк-Шор-Драйв, и не только потому, что Ченс – мой друг, но и потому что это просто невероятная музыка.

Нэйт Фокс: Прошло пять лет, и я до сих пор нахожусь под сильным впечатлением. В то время, когда мы работали над микстейпом, хотя всё это и казалось чем-то особенным, я думаю, никто из нас и представить себе не мог, насколько сильно он повлияет на нашу жизнь и на жизни других людей. Я определенно получил больше личных посланий от фанатов об «Acid Rap», чем о любом другом проекте, над которым я работал. Пять лет назад вышло очень много альбомов, но есть что-то особенное и в Ченсе, и в «Acid Rap», и во всех тех людях, которые работали над ним, что делает эту историю намного глубже, чем история создания обычного альбома.

Twista: Я знал, что в Чикаго должно случиться что-то подобное. Для меня это не стало сюрпризом, потому что Чикаго – это очень разносторонний город. Чего еще можно ожидать от города, находящегося в середине страны? В Чикаго я слышал такую разную музыку, но Ченсу удалось в своем звучании объединить множество направлений. Я так рад быть частью чего-то настолько исторического, наблюдать за развитием Ченса и видеть, что он остается верен себе. Он такой харизматичный. Ему нужна эта свобода для творчества.

Вик Менса: Это было похоже на наш собственный Гарлемский ренессанс в Чикаго. Столько талантливых людей просто писали музыку, которая была совершенно не связана со всем, что на тот момент считалось коммерчески успешным. Мы об этом даже не думали, поэтому это и было чем-то особенным. Нам даже не приходило в голову, что нужно соответствовать коммерческому спросу. Примерно в то же время стал популярным дрилл. И реально казалось, что Чикаго был на вершине мира.

Lili K: Сложно поверить, каких высот достиг этот проект. У меня был немного другой опыт, потому что после релиза были некоторые проблемы с указанием участников песен. Это так странно и даже забавно, потому что многие мои знакомые слышали, как я пою, но они не знают, что это я. Тем не менее, для меня это большая честь, и я очень горжусь, что я была частью этого проекта. Оглядываясь назад, сразу понимаешь, что Ченс великолепно справился с задачей и построил потрясающую карьеру. В целом, это было положительным опытом, и очень здорово быть частью этой новой «чикагской волны».

Вик Менса: Те времена были особенными. Я не говорю, что мы были наивными, но мы все были такими амбициозными. Была только смелость и уверенность в себе, никаких ресурсов. Мы записывались в любой попавшейся студии, писали совместные треки за пару сотен баксов и собирали мелочь из-под дивана моей мамы, чтобы накопить на аренду студии.

Остин Весли: Я вспоминаю те времена, как безмятежные деньки в жизни мальчугана. Я не знаю, чувствует ли Ченс себя так же, но мне кажется, что это был последний раз, когда ему было предоставлено столько свободы, когда он мог носиться туда-сюда и просто быть ребенком. У людей не было никаких ожиданий, касательно того, что он мог придумать, и он сразил всех наповал. В песне «First World Problems», которую он выпустил в прошлом году, слышно, насколько всё изменилось. О тех временах вспоминать очень приятно.

Нико Сегал: Я постоянно вспоминаю, как Ченс впервые пришел в студию Kids These Days в Music Garage и поставил нам «10 Day». После этого мы решили выйти на улицы и раздавать его микстейпы прохожим. Для меня это было очень важно: и то, как мы относились к раздаче его дисков, и то, насколько буквально музыка передавалась из рук в руки. Сейчас в мире Интернета это теряется. Это не соответствует нашим взглядам. Сейчас мы придерживаемся таких же взглядов, как и в те времена, когда мы раздавали диски, просто они немного разрослись из-за Интернета. Нам нравится разговаривать с людьми, мы хотим с ними общаться и давать понять, что мы такие же, как они. «Acid Rap» во многом отражает то, как мы себе представляем хороший релиз музыки, и он очень сильно повлиял на жизни всех нас. Мой друг всех порвал.

 

Источник: Complex.com