На прошлой неделе Гошу Рубчинского обвинили в домогательствах к 16-летнему подростку в социальных сетях. Скриншоты переписки в инстаграме и WhatsApp, присланные юношей по имени Ян Силфверлинг, указывали на то, что Гоша Рубчинский настойчиво просил его прислать свои обнаженные фотографии. Среди сообщений дизайнера были и те, в которых он уговаривал Силфверлинга быстро сфотографироваться в ванной, несмотря на то, что парень сказал, что отправит свои снимки завтра. Сам Гоша Рубчинский обвинения категорически отрицает, заявляя, что это был модельный кастинг и его слова вырваны из контекста. Его представители также отметили, что «Гоша уже долгие годы отбирает моделей через инстаграм». «В наши дни это обычная практика. Мы всегда просим фотографии лица, в полный рост и топлес. Иногда для того, чтобы понять объем бедер, также требуются снимки в нижнем белье», — сообщил представитель Рубчинского. В ответ на вопрос о том, как этот инцидент отразится на кастинге моделей Рубчинского в будущем, представитель ответил, что для того, чтобы избежать подобного рода ситуаций, порядок отбора моделей будет пересмотрен.

Как известно, Гоша Рубчинский построил свою карьеру, вдохновляясь молодежью и ее культурой, а потому, по словам его команды, ему просто необходимо общаться с подростками напрямую: «Бренд Гоши популярен среди молодежи благодаря тому, что он всегда работает с обычными подростками с улиц, проводит с ними время, чтобы понять и услышать их. Узнать, чем они интересуются и что их сейчас волнует».

Однако подобные инциденты могут вызвать целый ряд вопросов о том, как работает модная индустрия. Какой возраст считается слишком юным? С чьей стороны должна исходить инициатива? И чего требовать позволительно? Даже если Рубчинский говорит правду, и это был лишь кастинг, приемлемо ли дизайнерам (да и вообще кому угодно) обращаться к незнакомому человеку с подобными просьбами? Основательница организации Model Alliance, защищающей права моделей, Сара Зифф рассказала о том, что такое поведение в модных кругах совершенно нормализовано. «Для того, чтобы получить от человека фотографии или организовать встречи с начинающими моделями, люди выдают себя за профессиональных фотографов, специалистов по отбору или агентов. В некоторых случаях мошенники занимаются секс-торговлей под видом предоставления моделям новых возможностей», — добавила она.

Несколько других моделей, работавших с Гошей Рубчинским, рассказали о том, что первый контакт с брендом проходил через его представителей, или что, несмотря на переписку с Гошей, тот не высказывал никаких странных просьб. Это, конечно, совсем не доказывает его невиновность, а лишь подчеркивает, что случай с Силфверлингом — не обычный порядок его работы. Столь активная поддержка дизайнера со стороны его представителей и отрицание его вины говорят о том, насколько его личность важна для существования бренда. Если окажется, что Рубчинский действительно виновен, он пополнит тот небольшой список людей из мира моды, на чье неподобающее поведение действительно отреагировала общественность: если среди фотографов уже были прецеденты обвинения в неуместных действиях, то из дизайнеров Рубчинский стал одним из первых.

Зифф сообщила, что после начала движения #MeToo — с октября 2017 года — количество заявлений о домогательствах, поданных в Model Alliance, выросло на 4000%. Она также подчеркнула, что динамика власти, заложенная в структуру модной и модельной индустрии, значительно облегчает корыстное использование незащищенных сотрудников. Ситуация с Рубчинским еще раз прекрасно показала, что в мире моды достаточно сложно понять, где проходит граница между тем, что можно и нельзя, и именно с этим индустрии необходимо активно бороться.

Источник: GQ.com

 

Полное руководство по вселенной Comme des Garçons по ссылке