После сорока лет неподражаемых ролей актер Джефф Голдблюм размышляет о мистической привлекательности Голливуда и превращении в любимого «модного папочку» всего интернета

 


Джефф Голдблюм сам берет у меня интервью. Каждый раз, когда я задаю ему вопрос — чего, конечно, и следовало ожидать — он хитро переходит к расспросу о моей собственной семье и моих интересах. Нравится ли мне петь? Нравится ли мне играть? Не много ли у меня в гардеробе одежды, раз уж я так «интересно» одета? Всего через минуту после начала беседы я понимаю, что он ждет, пока я назову собирательное существительное, обозначающее группу Голдблюмов.

«Стая или рой. Это не было бы стадом Голдблюмов, лучше что-нибудь вроде…?» — интересуется он. Вся речь актера пропитана великолепным лексиконом и сбивчивыми интонациями, словами, обладающими какой-то блистательной энергией, которая, кажется, бьет из его ушей. В разговоре он виляет, то есть… понимаете… он умеет без умолку говорить о разных вещах. От него часто можно услышать «боже мой» — искреннее восклицание, которое объединяет в себе его собственный скромный энтузиазм и тот, что он использовал в одном из своих самых известных персонажей.

«Боже мой, меня поражает та простота, с которой здесь на показ выставляется природа», — говорит он в роли доктора Яна Малкольма, математика, специализирующегося в области теории хаоса, в фильме Стивена Спилберга «Парк Юрского периода» (1993). Доктор Малкольм, который в этой невероятно успешной картине служит голосом разума, был именно той самой ролью, которая укрепила статус Голдблюма в качестве мировой знаменитости и настоящего секс-символа. Неудивительно, что он говорит, что доктор является одним из тех персонажей, которые ассоциируют с ним чаще всего.

«Да, иногда мне говорят: “Эй, да ты похож на того парня из ‘Парка Юрского периода’”, а я отвечаю: “Ну, да, это я”. Или мне говорят: “Ты мне очень понравился в ‘Охотниках за привидениями’”, а я отвечаю: “Вы имеете в виду Гарольда Рамиса! Вы путаете меня с Гарольдом Рамисом!”», — смеется он.

Молодежный Центр - Телеграм канал
Джефф Голдблюм об образе «модного папочки» в интервью для Dazed

Джефф в одежде и аксессуарах из коллекции Prada SS19, часы и кольцо на всех снимках — собственность Джеффа, носки на всех снимках — Pantharella

Мы сидим во внутреннем дворике Chateau Marmont — классическом месте для голливудских встреч — и я удивляюсь тому, как Джеффа можно с кем-либо перепутать. Джефф Голдблюм, вот уже около сорока лет являющийся настоящей легендой кинематографа, впервые появился на экране в 80-х годах в фильме «Жажда смерти» (1974) в роли «Хулигана №1» — мерзкого типа, воскликнувшего: «Я убиваю богатых шлюх!» Его сложно назвать симпатичным героем. Но благодаря своему уникальному голосу, выразительной жестикуляции и умению наполнить свою игру характерными особенностями, Голдблюм тут же захватил воображение аудитории. В фильме «Муха» (1986), ставшим его прорывом, он исполняет роль ученого, который из-за своих экспериментов превращается в огромное насекомое; в восхитительной смеси научной фантастики и романтической комедии, «Земные девушки легко доступны» (1988), играя вместе с Джимом Керри и Дэймоном Уайансом, он предстает в виде пушистого синего инопланетянина, который закручивает роман с калифорнийской девушкой, роль которой сыграла Джина Дэвис (на тот момент пара состояла в браке).

В 90-е успех Голдблюма вышел на новый уровень. Конечно, тогда вышел «Парк Юрского периода», но помимо этого была фантастическая трагедия «День независимости» (1996), в которой он сыграл компьютерного гения, успешно отключившего инопланетные технологии и спасшего США от нападения пришельцев. В те времена эта картина стала вторым по прибыльности фильмом в истории, уступив лишь «Парку Юрского периода». Позднее он трижды работал с Уэсом Андерсоном — над «Водной жизнью» (2004), «Отелем Гранд Будапешт» (2014) и «Островом собак» (2018). Его естественное чувство юмора и глубоко-ответственный подход к своим персонажам прекрасно подчеркивают тон этих фильмов, что, вероятно, было результатом его взаимопонимания с их режиссером.

Несмотря на то, что Голдблюм обладает мистичностью, шармом и послужным списком классической голливудской звезды, в нем чувствуется творческий дух экспериментального новичка. И хотя своими корнями он уходит в другую эпоху шоуменов старой школы — его первый лос-анджелесский агент работал с Дином Мартином и Джерри Льюисом — совсем недавно он неожиданно стал иконой стиля, часто появляющейся на публике в рубашках Prada с принтом бананов и пламени, обтягивающих кожаных куртках и кольцах на мизинце. Он также стал бесчисленным объектом вирусных мемов, смысл по крайней мере одного из которых граничит с непристойным.

«В жизни, так же, как и в музыке или актерской игре, я стараюсь повысить вероятность чего-то неожиданного», — Джефф Голдблюм

Я рассказываю ему о провокационном меме, называющем его «модным папочкой», в котором автор фантазирует о том, чтобы Голдблюм придушил его своими «боксерами от Balenciaga». Джефф Голдблюм невозмутимо заверяет меня в том, что боксеров от Balenciaga у него нет, разве что пара кроссовок, и даже если бы они у него были, единственным соучастником такого сценария могла бы быть лишь его жена Эмили.

В прошлом году Голдблюм встретился с Миуччей Прадой, дизайнером, которого стоит поблагодарить за многие из недавних нарядов актера, в том числе вышеупомянутые рубашки, в которых тот впервые предстал на своем пресс-туре прошлым летом. «Там была вечеринка, на которой была миссис Прада», — вспоминает он о Венецианском кинофестивале. — «Было так весело, что мы остались до самого рассвета. К концу вечера там были только миссис Прада, я, Гильермо дель Торо и Эмили, и еще пара человек, сидевших за столом. По-моему, я спросил: “Какой ваш любимый фильм о моде?” А потом, потому что недавно его пересматривал, сказал: “Он не совсем о моде, но его главная героиня работает в модной индустрии… ‘Горькие слезы Петры Фон Кант’ (Райнера Вернера) Фассбиндера”. А она сказала: “Это он и есть, это мой любимый фильм о моде”».

Голдблюм никогда не думал, что после шестидесяти он станет всемирно известным модником. «Я не ставил перед собой такой цели и у меня не было желания этого добиться», — говорит он. — «Кто мог предвидеть то, что происходит сейчас?» Но он пытается выжать всё до последней капли из каждого момента и каждого дня, всеми возможными способами. «Столько разной энергии! Я по-прежнему жажду связи, не только с собой, но и с миром, понимаете? С каждым днем всё больше. Я хочу быть более вовлеченным, более активным. Я чувствую себя всё более и более открытым. По крайней мере я к этому стремлюсь, именно это мне и нравится в жизни, в актерском мастерстве и игре на фортепиано… Для меня мой интерес к другим людям играет не менее важную роль, чем организация представления для них».

Джефф Голдблюм об образе «модного папочки» в интервью для Dazed

Джефф в одежде и аксессуарах из коллекции Prada SS19, часы и кольцо на всех снимках — собственность Джеффа, очки — собственность Джеффа

В качестве одного из таких способов «устроить представление» Голдблюм играет джаз на фортепиано: каждую неделю он выступает в одном лос-анджелесском ресторане. Через пару дней после нашей встречи я попадаю на его вечер — зал переполнен зрителями. Он играет на фортепиано с такими же выразительными глазами и бровями, как на экране, и во время каждого перерыва фотографируется с сотней поклонников. «Мы собираемся записывать новый альбом», — говорит он о своей группе Jeff Goldblum & the Mildred Snitzer Orchestra (в прошлом году они выпустили свой первый LP и начали продавать окрашенный тай-даем мерч, который неплохо сочетается с теми самыми кроссовками Balenciaga). «Мы работаем целенаправленно и последовательно — раньше я этого никогда не делал». Несмотря на то, что в качестве музыканта, записывающегося в студии, он находится еще в относительном начале своей карьеры, отношения с музыкой у Голдблюма начались давно: несколько десятилетий назад он привел на «Вечернее шоу с Дэвидом Леттерманом» свою сестру, работающую преподавательницей живописи, для фортепианного дуэта — один из куплетов она сыграла носом. «В музыкальном плане я переживаю скачок роста. Иногда бывает трудно, но пробовать все эти вещи очень весело — роли в кино и всё такое».

«Когда Джефф заходит в комнату, я тут же начинаю улыбаться», — говорит актриса жанра стенд-ап Сара Сильверман, которая недавно исполнила с Голдблюмом кавер на песню 1927 года «Me and My Shadow». — «Из-за него я так сильно улыбаюсь, что у меня челюсть сводит. В нем радость и изумление ребенка сочетаются с мудростью и опытом деревенского старейшины. Это отличный союз».

Голдблюм гордится тем, что во все области своего мастерства он привносит ощущение непредсказуемости. «В жизни, так же, как и в музыке или актерской игре, я стараюсь повысить вероятность чего-то неожиданного», — говорит он. — «Это не просто роль на автопилоте, это другое — это творчество». В частности, недавно актер продемонстрировал свои импровизационные навыки в качестве инопланетного повелителя Грандмастера в блокбастере Marvel «Тор: Рагнарёк» (2017) — эта роль в значительной степени была экспромтом. «Кстати, наша первая встреча с (режиссером) “Тора” Тайкой Вайтити прошла именно здесь», — говорит он, указывая на сад Chateau. В роли правителя планеты Сакаар Голдблюм неожиданно придал супергеройскому экшену кэмповскую остроту. Помимо серебристых волос, яркой подводки для глаз и сверкающей голубой полосы, проходящей по подбородку, он наделил манипулятивного деспота непринужденным обаянием (в комиксах у Грандмастера голубая кожа, но Вайтити настоял на том, чтобы оставить кожу естественной, тем самым, подчеркнув собственную «голдблюмность» Голдблюма). «У Джеффа очень органичный и свободный подход к актерской игре. Он использует в ней каждую частичку себя», — говорит Сильверман. — «Здорово наблюдать за тем, как кто-то получает удовольствие».

«(Люди переезжают) сюда в надежде на то, что они быстро разбогатеют, найдут золото или прославятся — что получат какой-то личный опыт. Это какой-то религиозный фанатизм. Мне кажется, именно Америке принадлежит рекорд по развитию и созданию таких вещей», — Джефф Голдблюм

Совершенно не похожий на «Тор» с его Сакааром, последний фильм Голдблюма может удивить — своей трезвостью. «Гора» — это историческая драма, сценаристом и режиссером которой является Рик Алверсон. Играя вместе с Таем Шериданом и Дени Лаваном, Джефф Голдблюм исполняет роль доктора, специализирующегося на лоботомии. «Мой персонаж создан на основе реального человека, Уолтера Фримена, который первым начал применять лоботомию в Америке в 40-е и 50-е — и, как известно, провел неудачную операцию сестре президента США Кеннеди (Розмари Кеннеди)», — говорит Голдблюм. — «Он был отправной точкой — на его основе Рик и создал этого персонажа». В фильме, действие которого разворачивается на северо-западе США, герой Голдблюма после позора на востоке начинает новую жизнь на западном побережье страны. Он ходит по различным учреждениям, предлагая свой новый «трансорбитальный» подход к лоботомии, удобно выполняемый через глазницу — для этой серьезной неврологической операции не требуется вскрывать череп пациента.

Джефф Голдблюм говорит о том, что фильм напоминает ему о философии Вилли Ломана в «Смерти коммивояжера» («Если ты хорошо выглядишь, ты можешь быть кем угодно»), а также о книге Курта Андерсена 2017 года «Fantasyland: How America Went Haywire» — наблюдения, которые указывают на то, что, по его мнению, в этой истории есть что-то общее с ужасами современной Америки. «В фильме рассказывается о зарождении нашей культуры здесь», — объясняет актер. — «И о том, как с самого начала она была полна жестокости, невежества и стремящихся быстро разбогатеть. На нашей земле появилось целое изобилие дурацких идей, и так или иначе всё это складывается в цельную картинку… Все эти сугубо американские, ошибочные утопические идеи».

Я отмечаю, что западное побережье Америки связано с оккультизмом больше, чем другие части страны: люди всегда переезжали на запад в стремлении выйти за пределы своей реальности. «Да! Я об этом и говорю», — говорит он. — «(Люди переезжают) сюда в надежде на то, что они быстро разбогатеют, найдут золото или прославятся — что получат какой-то личный опыт. Это какой-то религиозный фанатизм. Мне кажется, именно Америке принадлежит рекорд по развитию и созданию таких вещей».

Джефф Голдблюм об образе «модного папочки» в интервью для Dazed

Джефф в одежде и аксессуарах из коллекции Prada SS19, часы и кольцо на всех снимках — собственность Джеффа

Директор Алверсон был рад впервые поработать с Голдблюмом. «При работе с актером таких масштабов и опыта, как у Джеффа, редко случается столкнуться с такой живостью и любопытством, такой любезностью на съемочной площадке и вне ее. Я говорю всем, что он подозрительно хорошо приспособился к жизни», — смеется он, прежде чем задуматься. — «Лично мне кажется, величайший секрет его благополучия лежит в его мрачном чувстве юмора».

Для Голдблюма, который успел поработать с совершенно разными личностями, начиная от Пола Шредера и заканчивая Робертом Олтменом, режиссеры являются главным привлекающим фактором проекта. «Не думаю, что можно хорошо сыграть в фильме без хорошего режиссера», — говорит он. — «Ты можешь продемонстрировать свой талант и попытаться его как-то использовать, но быть изобретательным и поразительным у тебя получится, только если хорош сам фильм, а это значит, что нужен хороший режиссер».

«Гора» продолжает цепочку фильмов Голдблюма, сюжет которых связан с наукой. Актер, с большим уважением относящийся к исследовательским качествам науки, считает «расследования, основанные на фактах», «достойным, благородным и вдохновляющим делом», особенно ценным с учетом нынешнего состояния американской проблемы с фейковыми новостями. И хотя его восхищение наукой внесло значимый вклад в развитие его карьеры, он говорит, что ни за что бы не смог предсказать результаты собственных голливудских экспериментов. «Я чувствую в себе позыв заниматься наукой, и я рад, что мне удалось сыграть эти роли».

Джефф Голдблюм об образе «модного папочки» в интервью для Dazed

Джефф в одежде и аксессуарах из коллекции Prada SS19, часы и кольцо на всех снимках — собственность Джеффа, очки — собственность Джеффа

«Если ты не чувствуешь в себе чего-то возвышенного, зная, что все мы произошли из звездной пыли и Большого Взрыва, то откуда же ты тогда возьмешь свои представления о божественном?» — продолжает он оживленно. — «И мне это нравится. Я сам этим увлекаюсь, и теперь, когда у меня есть дети (у Голдблюма с Эмили два ребенка), если я им что-то и покажу, то это науку. Конечно, существуют другие порталы в реальность, и я посвятил свою жизнь невидимому, игре, воображению и так далее, но наука — чертовски интересная штука. И, конечно, теперь, когда она оказалась под нападками стольких людей, которые считают иначе, еще важнее ею заниматься».

Для проницательного и одухотворенного в своей приверженности правде Голдблюма реальность — это всё вокруг — и в отличие от некоторых актеров, он не считает, что всё крутится вокруг него. «Факты о Вселенной чрезвычайно, невероятно волшебны», — уверяет меня он.

Источник: Dazeddigital.com

 

Интервью с Киану Ривзом для GQ читайте здесь

Молодежный Центр - Телеграм канал